]]>
 
]]>
]]>
Главная страница
]]>
]]>
Карта сайта
]]>
]]>
Контакты
]]>
]]>
Логин: Пароль:
]]>
]]>]]>
Главная страница Главная страница  \  Свадебные новости  \  Жизнь  \  2006г.  \  Священная любовь
]]>]]>

Новости

Священная любовь

29 сентября 2006 г.
Когда женщина заявляет, что мечтает выйти замуж за миллионера, это не удивляет: мужчины при власти и деньгах всегда в большой цене. Но что бы вы подумали, если бы услышали из уст молоденькой девушки: «Хочу замуж за попа»? Простому обывателю невдомек, что по ту сторону стен, отделяющих жизнь мирян от служителей Господа, идет такая борьба за руку и сердце будущих батюшек, что любой олигарх позавидует. Почему? Выясняла Елена ПОМАЗАН.

В Свято-Троицкой Сергиевой лавре льет дождь. Пузырятся лужи, и воды уже столько, что она скрывает мощеную дорогу к храмам. Люди стоят под сводами галереи с изображением ликов святых. До ближайшего храма – метров двадцать, а до трапезной – всего три шага. Худенькая девушка в синем платочке выносит на улицу огромный противень с горячими коврижками. Запах только что испеченного хлеба заставляет людей забыть про дождь. Они бегут к трапезной, толкают друг друга локтями, формируя хаотичную очередь, и набирают коврижки. На стенания продавца («Не жадничать, всем коврижек хватит!») народ отмахивается, просит дать еще. И выпечка быстро заканчивается. На кухне поварихи работают без перерыва до позднего вечера – чтобы накормить голодных прихожан. И девушка в синем платочке носит и носит тяжелые противни с коврижками, пирогами, хлебом. Я раскрываю зонт и предлагаю ей помощь. Но девушка Галя отмахивается: «Телесный труд приносит чистоту сердца, а чистота сердца делает так, что душа приносит плоды».
Мы идем по лавре, под плаксивым небом, Галя несет какое-то ведро, а я – зонт. Работа на кухне при трапезной – ее послушание. Но мечтает она работать на кухне при семинарии. Ее духовник сказал, что сначала нужно пройти послушание, и только потом он может ее рекомендовать в семинарию. Галя уже год как несет послушание. Надеется, что к Новому году Господь сделает подарок и двери семинарии наконец-то перед ней распахнутся.
– Замуж хочешь за будущего священника, да?
Галя краснеет: «Господь сам пошлет мужа – когда я буду к этому готова… В Библии написано: «…оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене, и будут они одна плоть». Я уже оставила и отца, и мать и молю Бога, чтобы он мне мужа дал хорошего, батюшку ласкового, чтобы жила я с ним как за каменной стеной. И любила б я его, а он меня, и служили бы мы вместе Господу Богу».
Мы останавливаемся у огромной стены, где только одна маленькая дверца. «Все. Я пришла, - вдруг говорит Галя. - Тебе дальше нельзя». И исчезает…
Таких, как Галя, в лавре не один десяток. У каждой девушки - своя история, свой жизненный сюжет. Дорога к Богу никогда не бывает легкой. Кто-то из них пережил горе, кто-то - сирота, а кто-то сознательно сбежал от мирской жизни. К монашескому постригу они не готовы, а вот нести послушание - радость и благословенный труд. Помимо искренней веры этих девушек объединяет еще и мечта: найти свое личное счастье. Но не с простым мужчиной, а с тем, кто служит Богу. И семинария - единственное место, где можно выйти замуж за попа. За идеального мужа. Вера этих мужчин и их жизнь по законам Божьим - гарантия хорошей семейной жизни: алкоголиков среди священников редко встретишь, ходить налево религия запрещает, а к жене они относятся со снисхождением и с пониманием. Кроме того, батюшки почти всегда живут в достатке. Если священника определят служить в богатый городской храм, где прихожане не скупятся на подаяния, то батюшка с матушкой будут жить как у Христа за пазухой. Ради таких мужей и такой гарантии отчаянные девушки готовы нести послушание по три-четыре года. Лишь бы духовник рекомендацию написал.
Попасть в семинарию сложнее, чем на военный завод. Как правило, берут туда дочерей священников или девушек, прошедших огромный конкурс в регентский или иконописный класс. Конкурс в эти классы выше, чем в МГИМО. Помимо музыкального или художественного таланта у потенциальной семинаристки должно быть безупречное прошлое. Справку о наличии девственности никто, конечно, не просит, но лучше бы иметь «незапятнанную репутацию»: для будущих батюшек важна не только душевная, но и телесная чистота их избранницы.
А еще женщин в семинарию берут на работу «текущую-бытовую»: кто-то же должен варить обед семинаристам, убирать, шить подрясники. Платят копейки, но от желающих работать отбоя нет. Главное - попасть туда, а дальше…
Семинаристы выбирают себе жен из тех девушек, что работают в их учебном заведении. Правила запрещают им знакомиться на улице. К тому же девушка из семинарии - это гарантия того, что она воспитана в православии, нравственна и испытана работой. Будущему батюшке остается только выбирать. И поскорей, дабы успеть до конца обучения. Ведь будущий священник перед рукоположением должен обязательно жениться. Иначе быть ему безбрачником. А с матушкой все лучше, чем одному… - рассуждают семинаристы. Не зря же русская поговорка гласит, что «без матушки нет батюшки».

МАТУШКА АЛЛА ЗОЛОТУХИНА И ОТЕЦ ДИОНИСИЙ ЗОЛОТУХИН

Когда Денис Золотухин сказал, что бросает ВГИК и уходит учиться в семинарию на священника, у родителей случился шок: ни отца - Валерия Золотухина, ни мать - Нину Шацкую, ни отчима - Леонида Филатова нельзя было назвать людьми набожными. Дениса пытались отговорить. Но он стоял на своем.
Сейчас отец Дионисий служит в маленькой церкви, растит пятерых детей и со своей матушкой, женой Аллой, живет душа в душу уже одиннадцать лет.
Алла ЗОЛОТУХИНА: «Зовите меня просто Алла - я себя считаю человеком светским, хоть и замужем за священником. Терпеть не могу, когда меня называют матушкой, потому что матушка у меня ассоциируется с какой-то бабушкой. И внешне я совсем не похожа на матушку. Все жены священников обычно ходят в длинных юбках, в бесформенных блузках, на голове - платок, а я вот джинсы ношу: очень люблю брюки. Да и вообще нашу семью я никогда не считала внешне традиционной - в смысле «вот это семья попа». Мы больше уделяем внимание не внешнему содержанию, а внутреннему. Пусть дети ходят в джинсах, лишь бы они были воспитаны правильно. Они, например, всегда после приема пищи целуют руку - сначала Денису, а потом мне. Так они благодарят нас. Мы считаем, что это правильно: дети должны помнить, кто их кормит, и чтить труд родителей».
Алла, а как так все получилось?
А.З.: «У меня никогда не было мечты выйти замуж за попа. Я была уверена, что мой муж будет человеком светским. Но судьба распорядилась иначе. Я приехала в Москву из Днепропетровска, хотела поступить в институт, чтобы учиться на художника-модельера. Поступить поступила, но долго учиться не смогла, потому что в буквальном смысле мне нечего было есть. Денег нет, только что развалился СССР, 91-й год на дворе. Думала уезжать обратно на Украину. А моя старшая сестра работала в семинарии, она мне и сказала: «Алла, иди к нам на кухню помогать. Поработаешь, а как все в стране наладится, так сразу уедешь». Я согласилась: хоть в семинарии деньги были небольшие, но там кормили. Еще разрешали остатки продуктов забирать домой. На семинаристов я даже не смотрела, мне нужно было продержаться и с голоду не умереть – когда я пришла в семинарию, весила 44 килограмма».
Говорите, внимания на семинаристов не обращали… А они на вас?
А.З.: «По правде говоря, мне они ужасно не нравились, эти семинаристы. Они казались мне очень высокомерными, надменными. Все пытались подшучивать надо мной: то макароны под ноги кинут, то что-то в спину скажут. Для меня пытка была выйти с подносом в зал, где они обедали. А еще они обсуждали мою походку и фигуру. Семинаристы хоть и будущие батюшки, но глаз у них игривый. Некоторые не против были со мной «шуры-муры» закрутить. Часто подходили после обеда, предлагали пойти погулять по лавре. Что поделаешь? Мужчины».
Вам не говорили: «Смотри, Алла, счастье проморгаешь»? Ведь в семинариях обычно работают девчонки, которые мечтают выйти замуж за будущего священника.
А.З.: «Правда, почти все девушки, кто работал вместе со мной, мечтали выйти замуж за священника. Попы считаются очень хорошими мужьями. Они точно не будут пить, гулять и драться. А это ведь главные русские напасти. Еще попы неплохо зарабатывают. Вот девчонки и старались. Прически сделают, маникюрчик, халатики отгладят, платья по фигуре, чтобы талию было видно, – и пошли в зал к семинаристам. В семинарии есть такая примета: если девушка в первые полгода работы не выходит замуж, ей там больше делать нечего. Будет сидеть в девках еще лет десять-пятнадцать. Но есть и такие женщины, которых ничто не останавливает, – ждут своего счастья годами. А вдруг какой семинарист приметит и замуж позовет?»
Как же вы с Денисом познакомились?
А.З.: «Денис меня сразу заприметил. Стал на кухню приходить, помогать по хозяйству. Мне он показался ужасно смешным и… очень молоденьким. Помню, посмотрела на него и подумала: «Жаль, что тебе семнадцать лет, мальчик», а он, будто бы читая мои мысли, вдруг сказал: «Матушка, мне 24 года, я уже успел и в армии послужить, и во ВГИКе поучиться». У меня аж от сердца отлегло. Но он мне понравился. Денис был совсем не похож на высокомерных семинаристов. Я только потом поняла, что его мне сам Бог послал. Дело в том, что я очень молила Бога о том, чтобы он дал мне мужа хорошего. Моя старшая сестра как-то показала одну молитву и сказала, что если эту молитву сорок дней читать, то обязательно будет знамение или Бог даст ответ на мучающий вопрос. Я читала молитву вместе со списком тех качеств, которые должны быть у моего мужа. Просила, чтобы супруг был безбородый, не толстый, высокий и чтобы меня очень любил».
И что, на сороковой день чтения молитвы вы действительно познакомились с Денисом?
А.З.: «Да, примерно на сороковой день мы и встретились. Причем это было знакомство, ни к чему не обязывающее, – ну мало ли кто мне на кухне помогает? А тут Денис пригласил прогуляться. И сразу же предложил выйти за него замуж. Он так смешно сказал: «Матушка, будьте моей матушкой!» Я тогда и понятия не имела, что он сын известных актеров, коренной москвич».
Как в семинарии отнеслись к вашему союзу, ведь руководство не одобряет браки на первых курсах учебы?
А.З.: «Все решили, что я его околдовала… Дело в том, что в семинарии мою старшую сестру считали колдуньей. В нее был влюблен один шизофреник. Однажды его поставили на колокольню, и когда он увидел, что моя сестра идет на работу, как начал во все колокола звонить! Шуму было… Влюбленный семинарист преследовал мою сестру повсюду, а когда его положили в лечебницу для душевнобольных и поставили диагноз «шизофрения», то в семинарии решили: точно околдовала. В общем, слава моей сестры на меня перешла. Денис Золотухин и я – хохлушка-лимитчица из многодетной семьи Днепропетровска, у которой ни кола ни двора. Но видит Бог, я ничего о Денисе не знала, мне он просто понравился с первого взгляда».
А как родители Дениса к вам отнеслись?
А.З.: «Едва папа Дениса узнал, что его сын в первый же месяц учебы в семинарии решил жениться, тут же приехал из Москвы. Пошел к начальству семинарии: мол, что это такое? А когда Денис меня представил, Золотухин только и спросил: «Ты любишь его?» - «Люблю», - ответила я. - «Ну тогда с Богом, ребята, женитесь». Сложнее было с мамой Дениса. Я очень ее боялась. Даже в замужестве мне пришлось долго и упорно доказывать, что сильно люблю ее сына».
Так это правда, священники – идеальные мужья?
А.З.: «Ой… Сложно нам жилось. Очень. Денис был помешан на «Домострое» – как муж сказал, так жена и должна делать.Не дай Бог ему что-то поперек было сказать. С детьми жестоко обходился: порол их за любую провинность. Бывало, я не видела Дениса сутками: он целыми днями пропадал в храме. Слава Богу, от идей «Домостроя» он отказался, но, чтобы нормально жить, мы притирались характерами лет пять. Кстати, это я ему сказала, чтобы он сбрил бороду и прекратил дома в подряснике ходить. Я этого не выносила! Ходил такой грозный по квартире – ну не человек, а божок какой-то.
А как рясу скинет, нормальным мужиком становится. Я все никак не могла привыкнуть к этим метаморфозам. Особенно когда с ним в постель ложилась. У меня было ощущение, что я грех какой-то совершаю. В рясе – поп, без рясы – мужчина. Однажды я ему сказала: «Все, дорогой, сбривай бороду, выстригай косичку, и вот тебе спортивные штаны вместо рясы, чтобы дома ходить».
Вы с Денисом хотели иметь много детишек или так получилось?
А.З.: «Одно время я постоянно ходила беременная. Религия запрещает предохраняться, и в какой-то момент мы решили, что будем аккуратней в этом вопросе. Но не получилось. Вот он уедет в командировку, я долго его не вижу, скучаю страшно… Возвращается, и если не пост, то тут…»
Вам не тесно здесь всемером в маленькой квартире?
А.З.: «Это квартира бабушки Дениса. Между прочим, отношения с бабушкой Дениса – это отдельная история. После свадьбы мы стали жить с ней, а она очень меня не любила. Бывало, мне детей нечем было покормить и я хлеб у бабушки воровала, пока не видит. А если замечала, то… Что тут начиналось! Пожилого человека невозможно было разубедить, что я не колдунья. У нее нога болит – это я виновата. Болит сердце – тоже я наколдовала. Сколько раз бабушка выгоняла меня из дому, когда Денис был на службе! Подходила и говорила: «Катись отсюда». Я пару раз уходила, с детьми маленькими, потому что терпеть унижения не было сил… Денис, бедный, разрывался между нами. Правда, я всегда возвращалась обратно, потому что Денис говорил, что без моей любви ему не жить. Верила. Терпела».
Неужели у священников плохо с деньгами бывает?
А.З.: «Плохо бывает – не то слово… Денис, когда начал служить, зарабатывал копейки. Я не работала – нужно было смотреть за маленькими детьми. Жили впроголодь, а Денис говорил: «Терпи, мать, терпи… Вот дадут мне приход, будем жить получше». Дали приход, но лучше жить не стали. Все деньги от прихожан идут на обустройство храма. Потом, Денис – не городской, а сельский священник, они всегда зарабатывают меньше. Муж мне вот говорит: «Ты знала, за кого замуж выходила, так что терпи и еще раз терпи», а я ему кричу: «Не знала! Все ж говорят, что за попом как за каменной стеной!» Это еще за каким попом – одни умеют карьеру делать и с прихожан втридорога брать за услуги венчания и крещения, а Денис не умеет. Принципы ему не позволяют».
Не жалеете, Алла, что замуж за попа вышли?
А.З.: «Не жалею. Мы с ним уже столько лет вместе – и в горе, и в радости. Поддерживаем друг друга. И очень любим. Любовь – это ведь главное. А трудности мы переживем».

МАТУШКА КСЕНИЯ ОХЛОБЫСТИНА И БАТЮШКА ИОАНН ОХЛОБЫСТИН

«Иван Охлобыстин рукоположен в сан священника в Ташкенте…» – эта новость пять лет назад воспринималась не более чем шутка или продуманный пиар-ход известного и одиозного актера. Никто не верил, что талантливый и скандальный Иван Охлобыстин бросит все мирское и посвятит свою жизнь Богу. Тем не менее жизнь доказывала, что священнослужительство отца Иоанна – никакой не пиар, а дело глубоко интимное и очень искреннее. Дорога Ивана к Богу началась со знакомства с актрисой Оксаной Арбузовой, известной массовому зрителю по фильму «Авария – дочь мента».
История матушки Ксении и батюшки Иоанна, по сути, еще одна история про большую любовь, которая в корне изменила всю их жизнь.
Ксения ОХЛОБЫСТИНА: «Если девушка мечтает выйти замуж за священника лишь по причине того, что хочет получить обеспеченную жизнь, то это большая глупость. Замуж нужно выходить по любви, только чувства и взаимопонимание могут стать основой нормальной семьи. Правду сказать, когда мои подруги узнали, что я выхожу замуж за Охлобыстина, сказали: «Оксана, ты – карьеристка». Мало кто знал, как у нас все на самом деле с Иваном получилось. Мы ведь с ним почти одновременно пришли к мысли, что нужно посвятить себя религии и жить в соответствии с законами Божьими».
Как?
К.О.: «Мы поженились очень быстро – буквально через пару недель после знакомства. Как-то сразу поняли, что нужны друг другу и никого больше искать не нужно. Мы не просто поженились, а сначала причастились, исповедались и обвенчались. Однажды я попала в гости к отцу Владимиру Волгину. Когда я увидела, какие у него отношения с матушкой, в какой духовной чистоте он воспитывает своих детей, какая у него семья и как живет этот человек, у меня полностью перевернулось мировосприятие. Я захотела, чтобы и у меня была такая семья. И я, и Иван – люди из актерской среды, а это специфический мир, в котором трудно сохранить себя. Тем более – семью. Я, к сожалению, знаю очень мало примеров крепких и дружных актерских семей. И считаю, что семья – это то, что нельзя терять. Я поделилась своими размышлениями с Иваном, а он мне сказал, что сам давно думает посвятить свою жизнь служению Богу. Не последнюю роль в принятии решения сыграло мнение отца Владимира. Он нам сказал, что если есть сильная вера и желание, то все возможно. В результате Иван поступил учиться в семинарию, а в 2001 году стал священником».
Как изменилась ваша жизнь?
К.О.: «Она изменилась полностью. Я ушла из профессии. Больше не снимаюсь в кино. Занимаюсь лишь домом и детьми. У нас шестеро ребятишек, а отец Иоанн сказал, что будут еще. Обычный мой день проходит в домашних хлопотах. Все спрашивают: «Не тяжело ли вам со столькими детьми?» Не тяжело, потому что старшие дети помогают. Я не знаю, что бы делала с одним ребенком. А когда их много, все друг другу помогают».
И у вас нет ностальгии по прошлому? Вы же были талантливой актрисой.
К.О.: «Нет, потому что понимаю: если бы я осталась в профессии, то у меня не было бы ни моих ребятишек, ни семьи. Актерство забирает тебя полностью, а я считаю, что главное для женщины – семья. Все остальное вторично. Сегодня моя отдушина – иконопись: я училась рисовать в мастерской «Икона XXI век». Когда есть свободное время, пишу иконы, а потом дарю их нашим друзьям».
У вас остались друзья из прошлого?
К.О.: «Мы общаемся с Гариком Сукачевым, с Михаилом Ефремовым, но мои подруги – это, как правило, бывшие нянечки, которые помогали мне управляться с детьми».
Матушка Ксения, я смотрю, вы стараетесь соблюдать все внешние требования: длинная юбка, волосы подобраны…
К.О.: «Для меня важно выглядеть так, как подобает выглядеть жене священника. Я стараюсь на улицу выходить в платке. В моем гардеробе преимущественно длинные юбки и платья, а брюки я могу надеть только на даче. Помню, когда-то столько внимания уделяла маникюру! Сломается один ноготок – все, трагедия! Еще раньше я сильно любила краситься. Если лицо у меня было без макияжа, мне казалось, будто бы я без одежды совсем. Муж мне как-то сказал: «Ты это с краской прекращай». Прекратила. Правда, один раз даю себе послабление – крашусь на Новый год. И иногда на меня находит искушение – хочу остричь волосы, выкраситься в блондинку. Но нельзя. Матушка не может себе такого позволить».
Каких вы принципов придерживаетесь, воспитывая детей?
К.О.: «Забота о младших и уважение к старшим. Все наши дети учатся в православной школе, три раза в неделю я вожу их в храм причащаться. Обязательные правила – читать молитву перед едой, после еды и молитву вечернюю. Детям мы не разрешаем смотреть телевизор. Они смотрят только те фильмы и мультфильмы, которые мы им покупаем с отцом Иоанном. Все, что им нужно знать, они знают. А новости смотреть – не каждый взрослый сможет».
Общаются ли ваши дети с простыми ребятами?
К.О.: «Нет, я не вижу в этом необходимости, а у них нет такой потребности. Дети чудесно общаются между собой и дружат со своими одноклассниками в православной школе».
Как вы отдыхаете?
К.О.: «Путешествуем. Если можем себе позволить. На годовщину свадьбы съездили в Венецию. Летом прошлого года отдыхали на Кипре, у друзей. В Канны ездим к своим друзьям. В Вену. Занимаем у денег у знакомых, потом отдаем. Сами знаете, оклад у простого священника не более шести тысяч рублей. На такие деньги не прожить. Отец Иоанн понимает, что отвечает за семью, и поэтому вынужден подрабатывать на сценариях. Может быть, драматургия – не совсем богоугодное дело, но иначе нам не выжить. Еще нам помогают друзья – кто деньгами, кто вещами».
Вы считаете, что повышенный интерес к отцу Иоанну связан с тем, что он действительно высокодуховный священник или просто личность такая неординарная?
К.О.: «Все вместе: он и личность неординарная, и человек высокодуховный. Отец Иоанн очень мудрый человек. Я как- то ему сказала, мол, прекрати давать интервью и ходить на телевидение, а он мне ответил: «Киса моя, если бы я не светился, то у меня вообще прихода бы не было». Неважно, что приводит людей к отцу Иоанну, главное, что потом они с ним остаются».
Матушка, вы счастливая женщина?
К.О.: «Абсолютно счастливая. Считаю, что в своей семье женщина реализует замысел Божий о себе как о помощнице мужа. Я прошу Бога, чтобы мы всегда были вместе с моим батюшкой и чтобы наши ребятишки нас радовали. А если Господь нам пошлет еще детей, мы будем только счастливы».
Источник: Атмосфера
]]>
Смотрите также
]]>

Полезная информация

Всё о свадьбе
Свадебные услуги
Свадебные новости
      2018 2016 2015 2014 2013 2012 2011 2010 2009 2008 2007 2006 2005
      2016 2007 2006
      2018 2014 2013 2009 2008 2007 2006 2005

Общайтесь!

Опросы

От посетителей

Свадебные истории
Свадебные фотоальбомы
Доска объявлений

Рубрикатор

Компании
Персоны
Темы

О проекте

О проекте
Новости проекта
Партнеры
Размещение рекламы
Контакты
]]>
    NN.RU   Rambler's Top100      
]]>
Создание проекта © 2006–2013
Интернет-компания СофтАрт
О cайте | Карта сайта | Ссылки